1. Главная /
  2. Наука /
  3. Чем занимаются профессиональные химики в теневой науке

Чем занимаются профессиональные химики в теневой науке

Наука | 14 марта 2018

Создание и тестирование экспериментальных психоактивных препаратов — обычное дело для выпускников фармакологических и химических ВУЗов. Если, конечно, вы получаете за это гранты, имеете хорошую лабораторию и публикуетесь в престижных изданиях. Но что делать, когда ничего этого нет, а быть полезным науке все-таки хочется? В таких случаях появляются теневые химики, медики, биологи, которые собираются в закрытые группы по интересам и пытаются самостоятельно синтезировать новые биоактивные вещества. N+1 нашли несколько таких «подпольщиков» и расспросили их о том, как и над чем они работают, что составляет материальную базу их исследований, какие они ставят перед собой цели и какое отношение вся эта деятельность имеет к науке. Все наши собеседники предпочли не раскрывать свои настоящие имена.

«N+1»: Скажите, с чего начиналась теневая фармакология, кто в этом участвует? И есть ли организация как таковая?

Х (Санкт-Петербург): Нет, мы не организация и не сообщество. Каждый занимается тем, чем хочет. Вот, например, паблик *** — это лишь клуб по интересам в огромном клубе по интересам.

Среди коллег есть люди с научными степенями, есть психиатр кандидат медицинских наук, кандидат химических наук, те, кто занимаются фармакологией официально, но не хотят раскрывать свою личность. В целом, это все лица, которым интересна «фарма».

Другой вопрос — что понимать под подпольщиной? Я, например, не считаю, что люди, варящие винт на кухне, — это подпольщина. Это, извините, просто «торчки». Опять же, можно ли назвать подпольной деятельность химика-технолога, который занимается чем-то, что не входит в его должностные обязанности, но при этом публикует полученные результаты в научной литературе? И это подпольщиной не назовешь. В данном случае одно перетекает в другое и трудно понять, где кончается «фарм-подпольщина» и начинается создание лекарственных препаратов.

Например, Александр Шульгин, знаменитый американский химик и фармаколог, создатель многих психоактивных веществ, в 60-х, 70-х годах синтезировал психоделик STP (2,5-диметокси-4-метиламфетамин). Полевые наблюдения показали, что лица, употребляющие данное вещество, статистически имеют крайне низкий процент аутоиммунных заболеваний, в том числе ревматизма. Начали смотреть и выяснили, что STP изменяет работу Толл-подобных рецепторов и оказывает прямое иммуномодулирующее действие, гася воспаление. Получилось, что STP в дозировках, гораздо меньших тех, что могли бы повлиять на нервную систему человека, могут быть полезны для контроля аутоиммунных заболеваний.

Есть и обратные варианты, например, изобретение LSD. Изначально шведский химик Альберт Хофманн искал средства для стимуляции тонуса матки и лактации. Известно, что такое вещество, как эрготамин (алкалоид спорыньи), раньше как раз использовали для родовспоможения, а LSD и есть его синтетическое производное. Психотропные свойства этого соединения были обнаружены случайно. 19 апреля 1943 года (также эта дата известна как День велосипеда) Альберт Хофманн первым из людей принял 250 мкг LSD. Поначалу ученый ощутил головокружение и чувство беспокойства, но затем эффекты усилились. В течение нескольких часов Хофманн находился в состоянии бреда. Его одолевали визуальные и слуховые галлюцинации, посещали странные разноцветные образы.

Я думаю, Хофманн догадывался о возможном эффекте, поскольку он знал, что производные эрготамина имеют низкие действующие дозировки (т.е. активны в самом малом количестве) и могут влиять на гормональный статус человека. Так или иначе, вещество, задуманное как лекарство, стало использоваться совсем не в научных целях.

Зарегистрируйтесь или войдите в аккаунт, чтобы прочитать полный текст.
Это бесплатно.
Войти через
Нет аккаунта? Зарегистрируйтесь